Статья 67 Конституции России

Текст Ст. 67 Конституции РФ в действующей редакции на 2020 год:

1. Территория Российской Федерации включает в себя территории ее субъектов, внутренние воды и территориальное море, воздушное пространство над ними. На территории Российской Федерации в соответствии с федеральным законом могут быть созданы федеральные территории. Организация публичной власти на федеральных территориях устанавливается указанным федеральным законом.

2. Российская Федерация обладает суверенными правами и осуществляет юрисдикцию на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне Российской Федерации в порядке, определяемом федеральным законом и нормами международного права.

2.1. Российская Федерация обеспечивает защиту своего суверенитета и территориальной целостности. Действия (за исключением делимитации, демаркации, редемаркации государственной границы Российской Федерации с сопредельными государствами), направленные на отчуждение части территории Российской Федерации, а также призывы к таким действиям не допускаются.

3. Границы между субъектами Российской Федерации могут быть изменены с их взаимного согласия.

Комментарий к Ст. 67 Конституции Российской Федерации

Часть 1 комментируемой статьи определяет пространственные пределы действия суверенитета Российской Федерации, о котором говорится в ч. 1 ст. 4 Конституции, где речь идет о территории Российской Федерации как целостного государства, обладающего единым экономическим, политическим и правовым пространством.

В рассматриваемой части определяется состав государственной территории России, т.е. перечисляются принадлежащие ей пространства, в пределах которых государство осуществляет свой суверенитет.

Территория — неотъемлемый признак государственности, пространственный предел государственной власти. Конституция устанавливает, что суверенитет России распространяется на всю ее территорию. Государство распоряжается своей территорией.

Территориальное верховенство — это полная и исключительная власть государства в пределах своей территории. Территория Российской Федерации — исторически сложившееся государственное и территориальное единство РФ в пределах Государственной границы России, включающая в себя территории ее субъектов, внутренние воды и территориальное море, воздушное пространство над ними.

Кроме того, в 2020 году в ч. 1 ст. 67 внесено упоминание о федеральных территориях как составной части Российской Федерации. Статус «федеральной территории» подразумевает

Обращает на себя внимание нетрадиционный подход составителей Конституции к определению состава государственной территории Российской Федерации. В международном праве под государственной территорией традиционно понимаются различные пространства земной поверхности (сухопутной и водной), воздушное пространство, принадлежащие определенному государству, в пределах которой оно осуществляет свое территориальное верховенство.

Нововведением Конституции следует считать включение в состав государственной территории Российской Федерации и территории ее субъектов, что, по-видимому, обусловливается федеративным устройством Российского государства. Территория Российской Федерации одновременно является территорией ее субъектов.

Из текста ч. 1 ст. 67 следует, что каждый субъект Федерации имеет собственную территорию. Правовой статус территории субъектов помимо федеральной Конституции определяется также их конституциями и уставами.

В большинстве конституций и уставов субъектов Федерации прямо отражено, что территория субъекта Федерации является частью территории Российской Федерации (см. ст. 65 и ст. 66). Территория любого субъекта Федерации есть составная часть российской территории, непосредственно входящая в нее.

Вхождение в состав Российской Федерации предопределяет и ограниченность полномочий ее субъекта в отношении его территории. На территории каждого субъекта Российская Федерация осуществляет дискреционные полномочия по предметам ведения, установленным в ст. 71 Конституции, а также полномочия по предметам, определенным в ст. 72 Конституции. И только за этими пределами субъекты Федерации осуществляют собственные полномочия.

Полномочия субъектов Федерации в отношении управления собственной территорией сводятся преимущественно к сфере определения административно-территориального устройства. Важной гарантией обладания собственной территорией являются положения конституций и уставов субъектов Федерации, согласно которым их территория не может быть изменена без согласия субъекта.

Наряду с этим неприкосновенность территории субъектов Федерации обеспечивается положением о том, что всякое изменение территории подлежит согласованию с субъектами Федерации в соответствии с федеральным законом. Тем не менее Российская Федерация вправе устанавливать определенные ограничения на использование субъектами Федерации своих территорий.

Часть 2 ст. 67 Конституции РФ с обновлениями. В отличие от государственного суверенитета РФ, который распространяется на государственную территорию РФ, в отношении континентального шельфа и исключительной экономической зоны Российская Федерация обладает суверенными правами и осуществляет юрисдикцию на этих территориях.

Субъекты РФ не вправе своими законами регулировать вопросы, относящиеся к морскому шельфу и исключительной экономической зоне, даже если эти территории являются прилежащими к субъекту РФ.

Российская Федерация на континентальном шельфе осуществляет суверенные права по разведке и разработке минеральных ресурсов (недр) и водных биоресурсов. Эти права являются исключительными: если Российская Федерация не разведывает и не разрабатывает ресурсы, никто не может делать это без ее согласия.

Исключительная экономическая зона РФ - морской район, находящийся за пределами территориального моря РФ и прилегающий к нему, имеющий особый правовой режим, установленный законами РФ, международными договорами РФ и нормами международного права.

Российская Федерация в исключительной экономической зоне осуществляет суверенные права в целях разведки, разработки, промысла водных биоресурсов, неживых ресурсов, разведки и разработки недр морского дна и т.д.

Осуществляя суверенные права и юрисдикцию в своей исключительной экономической зоне, Российская Федерация не препятствует осуществлению судоходства, полетов, иных прав и свобод других государств, признаваемых в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права.

В 2020 году в ст. 67 добавляется часть 2.1, согласно которой РФ обеспечивает защиту своего суверенитета и территориальной целостности. Кроме того, обновленная Конституция России запрещает любые действия, направленные на отчуждение части территории Российской Федерации, а также призывы к таким действиям.

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
+7 (499) 653-60-72 - доб. 543 (Москва и МО)
+7 (812) 426-14-07 - доб. 698 (Санкт-Петербург и ЛО)
+8 (800) 500-27-29 - доб. 242 (Регионы РФ)

Часть 3 комментируемой статьи касается порядка изменения границ между субъектами Российской Федерации.

В связи с тем, что территория Федерации охватывает территорию ее субъектов, устанавливается особая процедура согласования территориальных изменений. Границы между субъектами Федерации могут быть изменены лишь по их взаимному согласию, но с обязательным утверждением решения Советом Федерации.

Вопросы, касающиеся изменения границ, отражены также в республиканских конституциях и уставах других субъектов Федерации.

Так, Конституция Коми гласит, что территория Республики не может быть изменена без ее согласия (ст. 61). Конституция Дагестана устанавливает, что территория и границы Республики могут быть изменены по волеизъявлению дагестанского народа (ст. 60).

Устав (Основной Закон) Ставропольского края содержит норму о том, что территория края не может быть изъята без согласия квалифицированного большинства 2/3 жителей Ставропольского края, установленного путем краевого референдума.

Соглашение между субъектами Федерации об изменении их границ подлежит, как отмечается в ст. 102 Конституции, утверждению Советом Федерации. Так, 3 февраля 1994 г. Совет Федерации утвердил изменение границ между Ивановской и Нижегородской областями.

Такой порядок изменения границ между субъектами Федерации является гарантией целостности государственной территории России.

P.S. Консервативный комментарий В. Вольфсона о внесенных в 2020 году изменениях в статью 67 Конституции РФ:

В ч. 1 ст. 67 внесено упоминание о федеральных территориях как составной части Российской Федерации.

В России ничего подобного не было. Статус «федеральной территории» подразумевает выделение этих земель из федеративной системы и подчинение их общефедеральной власти.

Иногда это делается для прямого федерального управления отдалёнными территориями. Не исключено, что в России новый административно-территориальный субъект возникнет и в виде столичного округа, и для северных или арктических районов.

Но на самом деле можно вообразить и большее: если Россия всё же будет присоединять «спорные территории» или же возникнут распри из-за какой-либо земли между субъектами федерации — статус «федеральная территория» может пригодиться.

Инкорпорация в какой-либо существующий субъект будет невозможна, а закрепление статуса нового субъекта федерации, полагаю, нежелательно, так как это статус носителя суверенной государственной власти, что в дальнейшем может быть использовано для возбуждения сепаратизма.

С Крымом — особый случай, во-первых, никто не может представить, что крымчане бы захотели жить вне России, а во-вторых, исторически, да и географически, учреждение прямого федеративного правления в Крыму было бы крайне странно — крымчане привыкли к своей автономии.

Вместе с тем, если состоится присоединение Донбасса, то статус федеральной территории —как временная мера — выглядит разумно.

К той же ст. 67 добавляется ч.2.1. следующего содержания:

2.1. Российская Федерация обеспечивает защиту своего суверенитета и территориальной целостности. Действия (за исключением делимитации, демаркации, редемаркации государственной границы Российской Федерации с сопредельными государствами), направленные на отчуждение части территории Российской Федерации, а также призывы к таким действиям не допускаются.

Комментировать здесь нужно только запрет на действия, направленные на отчуждение части территории. Первая фраза (обеспечение защиты) была скорее восполнением пробела, тем более явного, что появляется комментируемая фраза.

Третья фраза (запрет на призывы) — с одной стороны, на уровне конституционной парадигмы закрепляет общее для уголовного закона всех стран противодействие призывам к нарушению территориальной целостности, с другой же — семантически шире объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 280.1 УК РФ, так как действия, направленные на отчуждение территории, необязательно являются нарушением территориальной целостности страны.

Дело в том, что территориальная целостность — это категория единомоментного состояния, которое не обладает свойством временной протяжённости. Другими словами, ничто не может быть целостным в течение какого-то времени, целостность — это всегда констатация положения дел, сложившегося на данный момент.

Территориальная целостность в юридическом смысле, поэтому, всегда представляет собой исключительно правомерное положение дел, «неправомерная целостность» — это оксюморон.

Однако действия по отчуждению, во всяком случае, до вступления в силу обсуждаемых здесь поправок, могут совершаться и правомерно — в том случае, если в соответствии с федеральным конституционным законом Российская Федерация приняла бы на себя обязательства по международному договору передать часть территории другому государству.

Возникает вопрос — останутся ли такие действия в конституционном поле и после вступления поправок в силу и, соответственно, возможны ли призывы к такому правомерному отчуждению? Например, призывы к заключению с Японией договора, по которому, после принятия федерального конституционного закона, Курильские острова или часть их были бы переданы Японии?

Текст поправки таков, что принципы легального толкования не дают нам права сделать вывод о том, что имелся бы ввиду запрет только нелегального (противоречащего российскому правопорядку) отчуждения.

Тогда мы приходим к тому, что вопрос об отчуждении и о заключении какого-либо соглашения, по которому Россия обязывалась бы произвести отчуждение части своей территории, в конституционном поле подниматься не может, и тогда нам нужно ждать и соответствующее расширение уголовно-правового поля — то есть криминализации действий, направленных на отчуждение и призывов к таким действиям.

Главнейшим принципом и права всегда остается моральный императив. Учение о моральном императиве ведёт нас к тому, что человек должен быть готовым к выбору между двух зол. Именно это учение прививает понимание того, что у человека всегда есть выбор.

С этой точки зрения любое государство когда-то может встать перед дилеммой: «отдавать даже маленькую часть своей земли — это кощунство и абсолютно аморально, но если это грозит чем-то ещё более страшным — не превращается ли абсолютная аморальность в относительную?

Предположим, если в процессе переговоров государство поставлено перед выбором: отказаться от притязаний на какую-либо территорию, которую оно рассматривает как свою собственную, и это отражено в её конституции, однако своей её считает и другой претендент, но взамен, вследствие дипломатической сделки, приобрести другую территорию, которая также ей крайне важна?

Очевидно, что здесь толкование правила о недопустимости действий, направленных на отчуждение, как исключающего легальность такого отчуждения, просто не позволят вести переговоры.

Более того, в тех случаях, когда Российская Федерация призывала бы другое государство уважать право на самоопределение народа, выразившего волю на отделение от этого государства, последнее всегда сможет указать России на это положение её Конституции.